«Девиз». 25 лет лидерства и новый этап развития

Бизнес

Типографский комплекс «Девиз» на сегодняшний день является одной из ведущих типографий по печати периодики в России. Техническое оснащение самым современным оборудованием, отработанные бизнес-процессы, налаженные каналы поставки бумаги с комбинатов по оптимальным ценам — всё это делает «Девиз» надёжным партнёром для реализации самых смелых и масштабных проектов в сфере полиграфии.

С приобретением новой промышленной цифровой машины Komori Impremia в год своего 25-летнего юбилея «Девиз» выходит на новый уровень развития. О том, как развивалась компания с момента её создания и что она предлагает рынку в настоящее время, нам рассказал Денис Юрьевич Минкин, один из основателей ООО «Типографский комплекс «Девиз».

Денис Минкин, основатель типографии "Девиз"

— Денис Юрьевич, с чего начался «Девиз»? И как Вы пришли в полиграфию?

— Типография была создана в 1995 году на базе компании «Группа Девиз», которая до этого занималась финансовыми операциями на рынке ценных бумаг. В Питере мы, наверное, входили в первую тройку, вместе с «Ленстройматериалами» и БФА.

Нас тогда было трое дольщиков, типографскую тему предложил Дмитрий Румянцев, и она была на тот момент достаточно оригинальной, не характерной, скажем так, для размышлений тех лет. Тогда все мечтали продавать бензин и нефть, автомобили, ценные бумаги, начинали заниматься недвижимостью и другими подобными вещами, уж точно не печатанием газет. Он тогда прозорливо понял, что этот рынок достаточно крупный и не занятый в полной мере.

На тот момент в полиграфии в городе работали только СПб ГГК, Лениздат и небольшие типографии в Гатчине и Выборге, и была совокупность мелких типографий, которые остались с советских времён и печатали какие-то листовки и бланки. Сейчас я не говорю о книжной полиграфии, где обстановка была несколько лучше. Крупные качественные газеты, такие как «Реклама-Шанс», в то время печатались в Финляндии, в типографии Sanoma, в частности. Винчестеры с файлами отвозились в типографию, верстальщик дежурил там, пока шла печать, и затем тираж отвозился обратно.

Интернета тогда у нас ещё не было, основным каналом информации были газеты, и наша ставка была именно на газетную печать. Эта специализация и до сих пор остаётся ключевой, газеты составляют в нашем объёме 50–52%.

— Как произошёл запуск типографии на практике?

— Начало было довольно потешным. Румянцев нашёл американский станок, ставший нашей первой машиной. Назывался он King Press и находился в Тбилиси, а это был 1995 год, там шла вой­на, напомню, поэтому купили мы его достаточно дёшево и с хлопотами оттуда вывезли. Станок, так называемая трёхцветка, был небольшой, размером с автобус. Мы его поставили на арендованной в промзоне «Парнас» площадке. Это была первая типография «Девиз».

У нас работало 50 человек, и всё приходилось осваивать с нуля — где и какую брать бумагу, какую краску, химию и т. д. Кадры были, естественно, взяты с полиграфических предприятий, а директором на тот момент был Игорь Поворознюк.

Довольно скоро мы поняли, что попали в самую точку. К нам стали перетекать клиенты Государственного газетного комплекса. У них стояло на тот момент уже cтарое оборудование, штат был под 900 человек. Было очевидно, что работают они неэффективно, и мы начали перехватывать у них заказы.

С ходу столкнулись с проблемой, что газеты надо печатать со сдачей заказчику в строго определённое время. Любая поломка выбивает этот бизнес из стабильной работы напрочь. Потребовался горячий резерв, и мы купили второй King Press. И уже двумя линиями за полгода мы перехватили примерно 60% заказов ГГК. Это был сумасшедше стремительный рост. В числе первых заказчиков были газета «Аргументы и факты», дайджест «24 часа», потом появилась «Комсомолка» и другие.

— Следующим этапом был переход на цвет?

— Да. С точки зрения экономики мы поняли, что окупаемость оборудования у нас составляет примерно год, что для производственного бизнеса было очень успешно. Отработав так года полтора, мы поняли, что крупные заказчики интересуются цветными газетами и качественной печатью более высокой производительности, и, сделав маркетинговые расчёты, решились на покупку большого станка.

Выбрали Goss Universal 45. Это был крупный проект с точки зрения финансов. Машину мы купили тогда в Болгарии, изрядно закредитовавшись, за 4,5 млн то ли долларов, то ли марок (евро ещё не было).

Уже тогда я пришёл к выводу, в котором уверен до сегодняшнего дня: рентабельность производства СМИ в России такова, что новое оборудование здесь не окупается. То есть наиболее правильный подход — покупка б/у оборудования, а с учётом того, что полиграфические станки устаревают медленно и без проблем работают по 20–25 лет, это становится реальным бизнесом: европейская техника 3–5-летней давности и цена на неё таковы, что соотношение доходов и затрат позволяет говорить о приемлемом уровне окупаемости.

Под четыре башни этой машины закладывались специальные фундаменты, которые должны держать не только статическую нагрузку, но и динамику, поскольку движущиеся массы и вибрационные нагрузки большие. Этот станок мы монтировали на новой площадке, в выкупленном здании 4000 м² в Угольной гавани.

Площадка типографии "Девиз" в Угольной гавани,

— Какой это был год?

— Мы запустились в июне-июле 1998 года, и всё должно было быть хорошо, но в августе всё рухнуло. В том числе и основная часть «Группы Девиз» — финансовая компания, и далее я 3 – 4 года активно разбирался с долгами и гасил их и собственным имуществом, и доходами от деятельности типографии, и какими-то зачётами. Достаточно тяжёлое было время.

В 1998 году новая машина была загружена процентов на двадцать. Управленческая задача была очень непростой: с одной стороны, раскручивать и загружать новое оборудование, с другой — гасить долги. На этом фоне у нас сменился состав дольщиков: двое вышли, я остался. В долю в бизнесе вошёл Игорь Минаков, и далее мы с ним в течение нескольких лет разгребали ситуацию с долгами.

Директором типографии в тот момент стал довольно известный в полиграфической среде человек — Александр Фёдоров. Всё постепенно росло, к нам стали переходить заказы из Финляндии. И ситуация повторилась как под копирку, только на новом уровне — потребовался горячий резерв. Мы купили второй Goss 45, на этот раз по лизинговой схеме, сработав с «Балтийским лизингом».

Теперь в Угольной гавани у нас работало два Goss 45, мы обрастали постпечатным оборудованием, фотовыводами. Плюс мы купили журнальную heat-set машину KBA. Были у нас ещё машины Zirkon, Global Web, Albert-Frankenthal, но в конечном счёте это были пробы, и они работали недолго, поскольку мы стремились достичь качества, сравнимого со скандинавами.

— Новый этап развития начался с переездом на нынешнюю производственную площадку?

— В 2002 году стало тесновато, тогда мы купили цех на заводе «Армалит», где типография находится и сейчас. 14 000 м², удобные офисные и складские помещения, нормальная логистика по входу сырья и по выходу готовой продукции, 2,5 мегаватта энергии, своё тепло.

Самыми массовыми на тот период были цветные газеты объявлений «Реклама-Шанс», «Экстра-Балт» (а это миллион экземпляров), и кроме нас такие тиражи печатать в Питере никто не мог. Плюс была ещё специфическая продукция «Строй Прайс», «Компьютер Прайс» и т. п., которые в то время заменяли интернет-каталоги. Тогда у нас появилась первая клеевая машина Müller Martini. Потом пошли ТВ-гиды, они все до сих пор у нас печатаются.

Очень серьёзный скачок в развитии «Девиза» был, когда я договорился с Александром Каверзневым о печати «Экстра М». Тогда у них ещё не было своей типографии, они печатались в Финляндии, но тираж был настолько велик, что приходилось его разбивать на несколько заводов. В итоге они половину тиража стали печатать у нас, и мы возили его в Москву.

Таблоиды с объявлениями — это был огромный рынок. Когда пришёл интернет, все газеты решили, что они перенесут свою бизнес-модель в онлайн и сэкономят на полиграфии. После этого рынок схлопнулся и умер практически за год. Оказалось, что люди готовы платить за публикацию в газете, а за объявления в интернете — нет. Издатели пытались перенести принципы газетного бизнеса в интернет, но в результате рынка просто не стало. Позже появились системы типа Avito, но они работают по другой схеме.

— С развитием предприятия менялось и руководство. Это ваша политика?

— Так сложилось исторически. У нас была череда директоров. В какой-то момент типографский комплекс возглавила талантливый экономист Оксана Дмитриева, которая ввела экономический анализ, включая контроль доходности и расходов отдельно по каждой технологической линии. Она, к сожалению, трагически погибла. После этого были вынужденные смены, а в 2008 году директором стал Денис Бочаров, бывший директор «Экстра-Балт», и с ним мы запустили новый проект.

— Речь о самой мощной вашей машине?

— Да, мы снова упёрлись в предел наших технологических мощностей. Рынок требовал большего, и мы решились на установку новой газетной линии. Купили Goss 75. Это станок длиной 60 метров, шириной 10 и высотой 15, восемь башен под 95 тонн. Он был дорогой, стоил около десяти млн евро.

На сегодняшний день это одна из мощнейших газетных машин в стране, она полностью заменила ранее работавшие машины Goss. И если на завтра надо изготовить миллион экземпляров, то это могли сделать только мы. Для справки: тираж «Панорамы ТВ» на тот момент был порядка 800 тысяч экземпляров.

В качестве эксперимента на одну из башен Goss 75 мы поставили так называемую ультрафиолетовую сушку и использовали специальные УФ-краски, которые под ультрафиолетом мгновенно отвердевали и глянцевались. Она до сих пор работает. Придумал этот проект директор тех лет Андрей Шадрин.

— А если заказчик хочет совместить, к примеру, печать на газетной и мелованной бумаге?

— Чем знаменит «Девиз» в технологическом отношении? Мы можем комбинировать возможности наших машин, печатать обложку на одной машине, блок — на другой, а вклейку — на третьей. И всё это собирать в одно изделие. За эти годы у нас существенно вырос парк разнообразного постпечатного оборудования. У нас семь мощных линий «Мюллер Мартини», сборку мы можем делать любую и предоставляем такую услугу другим типографиям. Масса постпечатных устройств и система цифровой впечатки в готовую продукцию позволяют изготавливать самую разнообразную полиграфию.

— Если говорить о развитии в нынешнем десятилетии, то чего достиг «Девиз»? И какие цели вы ставите перед предприятием в будущем?

— Уже к концу 2000-x мы были ведущей газетной типографией. С 2009 года «Девиз» имеет самую мощную газетную машину, уникальную ролевую журнальную линию KBA, две листовые машины Heidelberg 74-й и 102-й моделей с массой автоматизированных функций, сильную постпечать и допечатное оборудование, хорошие кадры, отлаженную логистику. На предприятии сильный генеральный директор — Олег Киселёв, он отличный маркетолог и психолог.

Сейчас все думают, что газета умерла и остался один тик-ток с инстаграмом. На самом деле это далеко не так. Мы перерабатываем 2500 тонн бумаги в месяц, а общий рынок Северо-Запада (книги, плакаты, бланки и т. д.) — около 8000 тонн, то есть мы забираем треть. Конечно, газета сохранится (только мы сейчас на постоянной основе печатаем порядка 150 наименований), но газетный рынок переформатируется.

С учётом этого три года назад мы стали развивать журнальное направление и поставили практически новую ролевую печатную машину КBА Compacta 518 с газовой сушкой и продвинутым фальцаппаратом.

Мы расширили рынок клиентуры до Западной Европы, у нас печатаются финны. И это, кстати, моя патриотическая гордость: когда-то мы к ним ездили печатать, потому что у них было лучше, теперь — наоборот. И сейчас мы выходим на новый уровень развития.

Мы много раз задумывались о том, чтобы поставить цифровую машину, много раз вели переговоры с цифровыми типографиями об их покупке, но всё время я упирался в некую несоразмерность. Если мы генерируем доход, условно говоря, два миллиарда рублей в год, то классическая цифровая типография — 50–70 миллионов, при этом со всеми теми же головными болями: специфика материалов, технологии, продукции. Таких у нас по городу штук тридцать пять есть. Но каждый тираж там требует какого-то «рукоделия», а мы привыкли работать с потоками. И эта разница — и в психологии, и в экономике — всегда отталкивала нас от этой темы.

Мы долго размышляли, около года обсуждали. Остановились на совмещении офсетной и цифровой печати, и пришли к тому, что покупаем большую промышленную цифровую машину Komori Impremia, аналогов которой нет в стране.

Цифровая печатная машину Komori Impremia в типографии "Девиз"
Первая в России струйная цифровая машина УФ-печати Komori Impremia IS29

В чём основные достоинства цифры? Она может печатать малые тиражи, и она может печатать индивидуализированную продукцию. Мы придумали, как совместить сильные стороны офсетной и цифровой печати. На офсете мы быстро печатаем основу, которая будет неизменной, а цифрой заливаем индивидуальную информацию. При этом наше серьёзное преимущество состоит в том, что расходные материалы, бумагу в первую очередь, мы приобретаем как крупный производитель по оптовым ценам, каких ни у одной цифровой типографии быть не может.

Самостоятельная резка бумаги из рулонов в точно необходимый для тиража формат
Ещё одно из свежих приобретений «Девиза» — линия для резки бумаги из рулонов в листы необходимого формата

— То есть с внедрением новой машины «Девиз» выходит на новый технологический уровень?

— С нашей новой цифровой промышленной машиной Impremia стыкуются интернет-технологии, Web2Print, которые позволяют оперативно и по более выгодной цене получать различную рекламную продукцию. У нас за последний год появились новые средства управления заказами, материалами и технологическими линиями.

«Девиз» всегда делал правильный выбор оборудования и за счёт этого выигрывал в экономике. Второе — мы всегда делали ставку на свои кадры, которые растили. Уровень технологичности оборудования «Девиза» достаточно высок, и уровень обслуживания должен быть, соответственно, высоким.

Нам всегда удавалось подбирать моменты для скачкообразного развития — 45-й Goss мы купили, когда ни у кого не было здесь такого, 75-й — тоже, и я надеюсь, что мы и с цифрой на повороте обойдём конкурентов и в каком-то сегменте так же будем лидерами. Поэтому, с одной стороны, у нас планомерное развитие, а с другой — у нас были этапы стремительного роста, которые помогали «Девизу» быть впереди.

— Как вы оцениваете пройденный компанией путь в год юбилея?

— 25-летний юбилей свидетельствует о том, что мы правильно действуем. «Девиз» — это бизнес, который вызывает гордость. Он не куплен, не образован на основе банкротства какого-то полиграфического комбината, он полностью создан с нуля за свои деньги, постепенно развивался и нарастил все свои активы.

Развивая технологическое производство, зачастую руководствуешься не только соображениями экономики, иногда просто необходимо уже сейчас предпринять определённые шаги с заделом на будущее. И что касается высоких технологий (как физик, сталкивавшийся и с циклотронами, и с реакторами, я имею о них представление), я должен сказать, что в «Девизе» самое топовое оборудование. Это прецизионная аппаратура и по механике, и по электронике, и по контроллерам, и по автоматике управления. Новую цифровую машину мы выбирали, основываясь на тех же принципах. Нельзя стоять на месте, должна быть эволюция, а мы должны её предугадывать.

Беседовал Александр Шмаков

Журнал «Индустрия печати» — PrintIndustry.ru